«Моя пища — творить волю Пославшего»: что насыщает христианина больше хлеба

Христос воскресе!

С праздником, дорогие братья и сестры! Сегодня мы читали один из самых больших евангельских отрывков — о беседе с самарянкой. Господь, идя на проповедь и переходя из города в город, устал. Ученики оставили Его, чтобы купить хлеба, а Он сидел у колодца. И пришла некая жена-самарянка, и Он попросил у неё пить. Она же начала говорить: как Ты, еврей, разговариваешь с самарянкой? Вы же люди гордые и высокомерные, вы с нами не общаетесь, мы для вас не люди. Конечно, дословно она так не говорила, но по сути это было именно так.

И вот здесь первый момент, на котором стоит остановиться. Господь неоднократно показывает, что любое разделение по каким-то критериям — по нации, по вероисповеданию или чему-то ещё — противно Богу. Нет такого, что евреи — избранный народ, и они только друг с другом общаются как люди с людьми, а остальные — не люди. Это неправильно. Мы должны помнить, что в каждом человеке есть образ Божий. Христос умер ради каждого человека, чтобы его спасти. И мы не знаем, спасётся он или нет, спасёмся мы или нет. Если мы унижаем брата или сестру, говоря им гадости, проклиная или просто мысля дурное, мы тем самым уничтожаем Христа в себе, убиваем человека в себе, убиваем в себе образ Божий и подобие — не в том, кому мы это делаем, а именно в себе. В этот момент мы превращаемся в зверообразных людей, в которых нет духа.

Христос в беседе говорит ей: «Если бы ты знала дар Божий и Кто говорит тебе: дай Мне пить, то ты сама просила бы у Него, и Он дал бы тебе воду живую» (Ин. 4:10). А она Ему: Тебе и почерпнуть нечем. А Он продолжает: «Всякий, пьющий воду сию, возжаждет опять, а кто будет пить воду, которую Я дам ему, тот не будет жаждать вовек; но вода, которую Я дам ему, сделается в нём источником воды, текущей в жизнь вечную» (Ин. 4:13-14). И она восклицает: «Господин, дай мне этой воды, чтобы мне не иметь жажды и не приходить сюда черпать» (Ин. 4:15).

Вот тут вторая яркая мысль — усталость от человеческой жизни. Мы с вами сейчас живём в комфорте, и чем дальше будет развиваться человечество, тем больше, возможно, комфорт будет окружать людей. Наши внуки или те, кто позже нас будут жить, вообще ни в чём не будут нуждаться. А ведь комфорт и нужен человеку для того, чтобы забыть про Бога. Когда же комфорта не было, когда каждый день полон был своей заботы, как говорит Священное Писание, когда женщина вставала утром и понимала: если она сейчас не сходит на колодец, не принесёт воды, если дров не соберёт, если не приготовит еду — умрут все. И она идёт делать это изо дня в день, из недели в неделю, из года в год. А что ещё остаётся? Остаётся быть человеком, сохранять лицо, помогать тем, кому нужна помощь, и трудиться, не лениться. За всё благодарить Бога — за плохое и за хорошее. Сколько Господь дал тебе времени, столько и надо жить на этой земле, творить добрые дела, быть полезным тем, кто рядом с тобой. Именно созидание делает человека образом Божиим, ибо Господь создал этот мир, и мы должны трудиться над его облагораживанием.

Когда ученики возвращаются и предлагают Ему поесть, Христос говорит: «У Меня есть пища, которой вы не знаете. Моя пища есть творить волю Пославшего Меня и совершить дело Его» (Ин. 4:32, 34). Каждого из нас в этот мир посылает Господь. И если мы творим Его волю, то уже сыты. Кто-то скажет: без еды человек может прожить тридцать дней, без питья — три-пять дней. Христос постился сорок дней, но Он — истинный Бог и истинный Человек. А вот священномученик патриарх Ермоген одиннадцать месяцев был в заточении в Чудовом монастыре, его морили голодом одиннадцать месяцев, и лишь потом он скончался. Только силой Божией он держался.

Надо подумать и о том, чем люди питались в то время. У нас сейчас холодильники, магазины, разнообразная еда. А тогда — хлеб, может быть, свежее мясо, если закололи, поджарили и съели. Еда была максимально простой, и в большинстве случаев насыщал человека именно хлеб. Мы с вами за каждой литургией тоже едим Хлеб, который есть Тело Господне. Творение воли Божией и есть насыщение человека, получение подлинной жизненной энергии. А если соединить это со словами Господа: «Кто любит Меня, тот соблюдёт слово Моё;» (Ин. 14:23), «Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь пребывает во Мне, и Я в нём» (Ин. 6:56) и с тем, что мы вкушаем Тело и Кровь Его, — то прямо мурашки по коже проходят. Податель жизни, вот этой жизненной энергии, которой живёт каждый человек, —не просто изготовленный нами хлеб, а именно Хлеб, Который есть Сам Господь.

Творить волю Пославшего — это и есть пища и питие. Тот, кто любит Бога и любит ближнего, чувствует, что не просто имеет жизнь, а имеет жизнь с избытком. Жизнь жительствует — та пасхальная жизнь, в которой нет грусти, а есть радость. Радость даже в самых, казалось бы, плохих моментах, потому что с каждой болью и с каждой потерей человек понимает: Господь рядом. Святые потому и благодарили Бога в скорбях, и слёзы их были слезами радости. Если нет скорбей — человек умер, он уже принадлежит диаволу, в нём нет этой энергии. А когда человек из последних сил борется, когда на него наваливаются искушения по работе, по здоровью, по дому — а он всё равно пребывает с Богом и воспринимает всё происходящее как волю Божественную, пребывая в терпении и надежде, которая не постыжает, — тогда он действительно может сказать: «Христос воскрес!» И он почувствует это воскресение в своей жизни. Ему смерть не страшна. С ним Бог. «Если Бог за нас, кто против нас?» (Рим. 8:31).

Будем, братья и сестры, всегда это помнить. Будем благодарить Бога за Его безмерную любовь к нам, недостойным, за Его долготерпение и милосердие, за то, что Он посылает нам скорби. Потому что этими же скорбями мы, пребывая в любви Божественной, спасёмся и обретем Царствие Божие. Аминь.

С праздником всех!